Вступительные замечания Верховного комиссара ООН по правам человека г-жи Нави Пиллэй на параллельном мероприятии в рамках 24-й сессии Совета по правам человека «Как защитить право на неприкосновенность частной жизни в эпоху цифровых технологий?»

20 сентября 2013 г., с 12:00 до 14:00
Зал
XXI, Дворец Наций, Женева

Многоуважаемые делегаты, дамы и господа,

Я благодарю Постоянные представительства Австрии, Германии, Венгрии, Лихтенштейна, Норвегии и Швейцарии за то, что пригласили меня открыть эту дискуссию по вопросу о защите права на неприкосновенность частной жизни в эпоху цифровых технологий.

Современные коммуникационные технологии предоставляют мощный инструмент для демократии, значительно расширяя доступ людей к информации и содействуя их активному участию в жизни общества. Однако они также способствуют стиранию границ между общественной и личной сфер жизни и делают возможной беспрецедентную степень вмешательства в право на неприкосновенность частной жизни. Недавно возникли опасения в отношении широкого спектра режимов слежения служб безопасности и возможных вторжений, осуществление которых стало еще проще благодаря современным технологиям, используемым в этом контексте.

Сегодняшняя экспертная дискуссия является значительной возможностью обсудить эти вопросы, установить примеры положительной практики по защите и поощрению права на неприкосновенность частной жизни, а также изучить способы защиты частной жизни и других взаимосвязанных прав человека в эпоху цифровых технологий.

Дамы и господа,

Право на неприкосновенность частной жизни прочно укоренилось в международном праве в области прав человека. Современные международные стандарты в отношении права на неприкосновенность частной жизни содержатся во Всеобщей декларации прав человека и в Международном пакте о гражданских и политических правах (МПГПП), который на данный момент ратифицировало 167 государств мира.

Статья 17 МПГПП предусматривает следующее, я цитирую꞉ «Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию». Далее в ней говорится, что «Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств».

Комитет по правам человека предоставил важное руководство в своем Замечании общего порядка №16, посвященном толкованию статьи 17. Согласно Комитету, термин «незаконное» означает, что вмешательство не может иметь места «за исключением случаев, предусмотренных законом. Вмешательство, разрешаемое государствами, может совершаться только на основании закона, который должен в свою очередь соответствовать положениям, целям и задачам Пакта».

Выражение «произвольное вмешательство», по мнению Комитета, может также распространяться на допускаемое законом вмешательство. Введение этого понятия, как поясняет Комитет, призвано «обеспечить, чтобы даже допускаемое законом вмешательство соответствовало положениям, целям и задачам Пакта и в любом случае являлось обоснованным в конкретных обстоятельствах».

В своем Замечании общего порядка №16 Комитет подчеркивает, что право, предусмотренное статьей 17, должно быть подкреплено гарантиями от любого такого вмешательства и посягательств, независимо от того, совершаются ли они государственными органами, физическими или юридическими лицами. Это руководство должно восприниматься в сочетании с Замечанием общего порядка №31 данного Комитета о характере общего юридического обязательства, налагаемого на государства-участники Пакта. Здесь Комитет уточняет, что «позитивные обязательства государств-участников по обеспечению соблюдения предусмотренных Пактом прав будут выполнены полностью только в том случае, если люди будут защищены государством не только от нарушения предусмотренных Пактом прав представителями государства, но и от актов, совершаемых частными лицами или негосударственными образованиями, наносящими ущерб осуществлению предусмотренных Пактом прав в той мере, в какой они могут применяться в отношениях между частными лицами или негосударственными образованиями».

Комитет отметил, что могут иметь место такие обстоятельства, при которых необеспечение признаваемых в Пакте прав, приведет к нарушениям государствами-участниками этих прав в результате попустительства со стороны государств-участников, непринятия ими необходимых мер или неосуществления должной предусмотрительности в целях предупреждения, наказания, расследования или компенсации вреда, причиненного такими действиями со стороны частных лиц или негосударственных образований. В этом отношении Комитет подчеркнул требование, что связанные с неприкосновенностью частной жизни гарантии, предусмотренные статьей 17, должны охраняться законом.

Так какие проблемы и вопросы необходимо изучать в дальнейшем, применяя эту правовую базу и поощряя и защищая право на неприкосновенность частной жизни в эпоху цифровых технологий? В рамках сегодняшней дискуссии позвольте мне сосредоточиться на пяти конкретных проблемах.

Первая проблема связана с тем, каким образом соблюдение права на неприкосновенность частной жизни гарантируется законодательными, административными и судебными органами. Эффективные национальные правовые нормы очень важны для обеспечения защиты от незаконного или произвольного вмешательства. При этом, в целом не было принято национальное законодательство, которое бы учитывало изменения в коммуникационных технологиях и меры слежения, доступные благодаря этим изменениям. К тому же в некоторых юрисдикциях отсутствует независимый контроль над применением мер слежения как гарантия защиты от превышения полномочий.

Вторая проблема связана с тем, что даже когда существует достаточное законодательство и контролирующие механизмы, отсутствие эффективного исполнения непременно способствует отсутствию подотчетности в отношении произвольных или незаконных вмешательств в право на неприкосновенность частной жизни.

Третья проблема связана с быстрым и существенным прогрессом в области информационно-коммуникационных технологий, а также со стиранием границ между общественной и частностью жизнью, ввиду чего некоторые стали призывать обращать больше внимания на масштаб права на неприкосновенность частной жизни. Что означает «неприкосновенность частной жизни» и «личная коммуникация» в эпоху цифровых технологий? Какие личные интересы связаны с передачей данных через Интернет или мобильный телефон?

За последние годы мандатарии специальных процедур ООН затрагивали некоторые из этих сложных вопросов. В своем докладе, представленном Совету по правам человека в рамках 23-й сессии, Специальный докладчик ООН по вопросу о свободе мнений и их свободном выражении Франк Ла Рю рассмотрел взаимосвязь между осуществляемым государствами слежением, неприкосновенностью частной жизни и свободой выражения мнений. Я очень хочу услышать и другие его высказывания по этой теме в рамках сегодняшнего выступления в качестве эксперта.

Четвертая проблема касается определения критериев законности слежения, осуществляемого службами государственной безопасности, которое все больше влияет на право на неприкосновенность частной жизни. В целях соблюдения законных интересов государственной безопасности правительства имеют право собирать и защищать некоторую важную информацию, а также ограничивать доступ общественности к определенной информации (например, к информации, касающейся операций, источников и методов работы разведывательных служб).

Однако при этом власти должны обеспечивать полное соблюдение международного права в области прав человека. Серьезную обеспокоенность вызывает возможное превышение полномочий службами государственной безопасности без надлежащих гарантий защиты от нарушений.

В своем докладе Совету по правам человека от 2010 г. бывший Специальный докладчик по вопросу о поощрении и защите прав человека и основных свобод в условиях борьбы с терроризмом Мартин Шейнин отметил разрушение права на неприкосновенность частной жизни в условиях борьбы с терроризмом в результате применения слежки и новых технологий, которые используются без надлежащих правовых гарантий. Он отметил, что растущее применение «добычи данных» разведывательными службами «размывает границу между допустимым направленным слежением и проблемной массовой слежкой, которая может приравниваться к произвольному или незаконному вмешательству в право на неприкосновенность частной жизни».

Нынешний Специальный докладчик по вопросу о поощрении и защите прав человека и основных свобод в условиях борьбы с терроризмом Бен Эммерсон также недавно обратился к этим вопросам, отметив, что «нужно обсудить, до какого предела население обоих государств готово мириться с официальным доступом к метаданным».

Последняя проблема, на которую я хотела бы обратить внимание, связана с обязанностью самих предпринимателей соблюдать право на неприкосновенность частной жизни в эпоху цифровых технологий. Как обеспечить, чтобы корпорации в области коммуникаций и технологий соблюдали право на неприкосновенность частной жизни и другие связанные с ним права человека?

И вновь государства обязаны защищать лиц от нарушений не только со стороны своих служащих, но и со стороны частных лиц и структур, в том числе предприятий. Руководящие принципы предпринимательской деятельности в аспекте прав человека, принятые Советом по правам человека в 2011 г., установили глобальные стандарты по предупреждению и устранению негативного влияния на права человека, связанного с предпринимательской деятельностью. Различные заинтересованные стороны предприняли необходимые усилия для уточнения применения этих стандартов в области информационно-коммуникационных технологий. Одна из трудностей, конечно, заключается в переменчивой природе этой индустрии, которая может порождать правовые и юрисдикционные препятствия для эффективной защиты права на неприкосновенность частной жизни.

Дамы и господа,

Проблемы в деле защиты и поощрения прав человека пред лицом быстрых технологических изменений не просты. Гражданское общество внесло значительный вклад в решение этих непростых вопросов, и я рада видеть, что сегодня здесь также присутствуют представители неправительственных организаций. Я надеюсь, что это параллельное мероприятие поможет прояснить комплексные вопросы, связанные с правом на неприкосновенность частной жизни в эпоху цифровых технологий, и поможет вывести данные дискуссии на новый уровень.

Благодарю за внимание.